После Абрамцева всё думаю в Врубеле

[grisabella]

Всегда воспринимала его как художника, вписанного в свою эпоху. На самом деле, нифига он не был в неё вписан, в модерн особенно. Модерн ведь - самое декоративное, самое внешнее, что можно придумать, а Врубель не про это от слова совсем. Какая-то совсем своя гармония, своя композиция, своя эстетика, не имеющая ничего общего с гладенькой эстетикой модерна. И всё у него такое, то незавершённое, то несохранившееся, то ненужное и непонятое, то вульгарное, написанное на потребу ради денег, и отобранное заказчиком, пока не успел уничтожить. И душевная болезнь, и увлечение философией и музыкой - это всё внутреннее, не внешнее, как будто он пытался открыть какую-то дверь в другой мир, но сил не хватило, и было рано. Не жизнь, а цепь неудач и случайностей, не позволивших. Живи он лет на 30 позже, и не в России желательно, может быть, ему удалось бы открыть эту дверь, ну как Пикассо удалось, к примеру. Жили бы мы теперь в ярком мире Врубеля, а не в черно-белом Пикассо.

Comments

[nilie.livejournal.com]

хорошо сказала!
Я тоже не могу его поставить с кем-то рядом. С эпохой его роднит поиск (и нахождение) нового языка выразительности, это и как он кисточкой мазнул, и какую неожиданную краску взял, и как композицию вывернул. И смотришь с подозрением, как будто на полотне что-то такое декоративное, эдак фигура вписана... или это что... или это где.... И понимаешь, какая там муха, то есть какой там муха. Это матерый человечище. И там у него что-то такое важное нарисовано, ты не знаешь что, но оно там есть, просто ты дурак.

[grisabella.livejournal.com]

угу. Это самое ощущение, когда не знаешь, что это и куда это вообще приложить, но понимаешь, что это что-то важное и большое.
Самое интересное, что современники тоже осознавали его масштаб и крутизну, как-то отдавали ему должное, несмотря на невыносимый характер и все безобразные выходки.